Seeing how easy it gets in the broadcasts for Pogačar, we forgot how tough this sport really is.
6 hours carnage race has never gone easy.
Il Lombardia 2024
Those first twelve months of becoming a father must stay with you forever.
That first month — when you’re in the maternity ward in Le Chesnay, with Emilie crying, already losing weight third day in a row — you’re trying to latch onto rapid-fire phrases in French, just to understand why they won’t bring you formula and instead hand you something to sign.
And of course those months — with late-night trains and buses that made it impossible to establish any kind of routine for the baby.
July — when you suddenly catch yourself thinking: what if I just tell that child protection worker to go to hell right now, after the panic in her eyes because we couldn’t clearly explain what kind of meat we were feeding our five-month-old as a main course, and what would come for dessert.
And every single month — for some reason, there was only enough money left for one, maybe two more.
I don’t know how mature any of it really was.
At 27, I lived each day like it was a whole lifetime — the best kind of life, the kind you’re not simply handed.
Те первые 12 месяцев, когда становишься отцом, должно быть, остаются с тобой навсегда.
Месяц, когда ты в стационаре роддома в Le Chesnay, с плачущей Emilie, третий день теряющей вес, пытаешься уцепиться за быстро вброшенные фразы на французском, пытаясь понять, почему тебе не могут принести смесь, а вместо этого дают что-то на подпись.
Обязательно те месяцы — с ночными электричками и автобусами, которые не оставляли шанса наладить режим ребёнка.
Июль — когда ты вдруг думаешь: а что будет, если прямо сейчас послать на хуй сотрудницу центра по защите детей после её панического взгляда из-за того, что мы не смогли внятно ответить, какое мясо предлагаем пятимесячному ребёнку в качестве plat и что последует на десерт.
И каждый месяц — ведь почему-то каждый месяц денег оставалось лишь на один-два ещё.
Не знаю, насколько всё это было взросло.
В свои 27 лет я проживал каждый день как жизнь. Лучшую жизнь, которую не предлагают просто так.
