когда мы отошли от берега Ладоги и направились в лесную глубь острова Койонсаари, я услышала: «вот это моя природа. здесь я чувствую себя как дома»
в мыслях мелькнуло, что это и моя природа тоже. как и любая другая. даже не природа моя, а я — её. впервые прикоснувшись к северным пейзажам я поняла, что мне плевать, увижу я знакомые горы кавказа и немецкие леса или непривычные карельские озёра — всё в одной мере заденет что-то живое внутри.
когда озеро скрылось за густым забором из сосен, я сняла обувь и обняла землю красными от холода пальцами ног. казалось, она обнимала меня в ответ: белый, как снег, лишайник путался меж пальцев, а мох был мягче флисового пледа.
по дороге домой, сидя в автобусе, я читала всё, что могла найти про «новую» природу. тогда я узнала, что мхи и лишайники появились на земле настолько давно, что ещё видели динозавров. и мне кажется, что когда вместе с разноцветными кроссовками я снимаю с себя слой современности и босыми ногами касаюсь поверхности мха, я тоже их вижу.
1. иудей выходит из парадной синагоги бейт хабад. через пару минут он предложит мне, цитирую: «принять еврейство» и удивится вежливому отказу.
⠀
2. хотела сфотографировать, как еврейские дети играют во дворе, но остаться незамеченной не получилось. ребята засмущались и прикрыли лица руками, а кадр получился даже более живым и теплым, чем я ожидала.
